Беседа с духовником Олимпийской сборной России протоиереем Николаем Соколовым

16 (1)О священническом служении на Олимпийских играх, окормлении спортсменов, духовной помощи им рассказывает духовник Олимпийской сборной команды России, настоятель московского храма святителя Николая в Толмачах протоиерей Николай Соколов.

— Отец Николай, расскажите, пожалуйста, как сложилось, что Вы стали духовником Олимпийской сборной? Может быть, Вы сами занимались каким-то видом спорта?

— Я занимался спортом, но любительским. Гребля, плавание, стрельба, лыжи. Такой своего рода триатлон. Но без разряда. Как вся молодежь тогда занималась — «для себя». В армии — на лыжах бегали, стреляли.

А духовником Олимпийской сборной я стал благодаря благословению Священноначалия — Святейшего Патриарха, который благословил меня участвовать в подготовке первых у нас Олимпийских игр — в Москве. Еще в 1980 году, когда я был у него референтом, я принимал участие в подготовке Игр в чисто техническом плане: организовывал молельную комнату, покупал оборудование и т.д. Потом, начиная с Афин, на мне лежала ответственность уже духовника Олимпийской сборной. И все духовное окормление нашей команды, со всеми религиозными запросами спортсменов, выполнялось мною на протяжении последующих игр: Афины, Турин, Ванкувер, Пекин…

— Даже не верится, что в восьмидесятых, во время Московской Олимпиады, у нашей сборной был духовник! Это кажется немыслимым.

— Нет-нет, в то время духовником я, конечно, не был. Я был представителем Патриархии и организовывал молельную комнату в Олимпийской деревне. Потому что Олимпийская хартия предусматривает наличие молитвенного помещения для исполнения молитвенных обрядов всех конфессий. А иначе бы Олимпийские игры у нас не состоялись. Советское правительство, несмотря на свои атеистические убеждения и уверения, что у нас все спортсмены атеисты, для заграничных спортсменов должно было сделать исключение, и поэтому организовали этот конфессиональный центр, где было помещение для христиан, для мусульман, для иудеев и т.д.

— Кто из наших спортсменов приходил туда молиться в период Олимпиады-80?

— Думаю, во время тех игр из советских спортсменов никто не приходил. Как они могли прийти, если они были направлены по путевке комсомола и партии, а там вообще графа «религиозные убеждения» отсутствует? Хотя все может быть… Возможно, и приходили, я не знаю. Никто же не следил, никто это не контролировал, и никто не может подтвердить. Наших священников там не было. Слава Богу, в Москве на тот момент было открыто 48 храмов — кто хотел, мог туда прийти; там батюшки, конечно, были. Священники, Патриарх, члены Синода приходили на открытие и закрытие Олимпиады, на какие-то торжественные мероприятия, но дежурства и духовного окормления наших советских спортсменов во время тех игр не было. А сейчас, когда мы, уже во второй раз, принимаем Олимпиаду — принимаем как страна свободная и многоконфессиональная, мы смотрим на эти игры как на один из удачных проектов, который может поднять престиж нашей страны, нашего народа и нашего спорта, поэтому мы должны обеспечить всем религиозным конфессиям в равных условиях возможность помолиться на Олимпиаде. Для этого в Сочи в Олимпийской деревне устроены три религиозных центра, в которых присутствуют четыре направления: христианство со всеми христианскими конфессиями, буддизм, иудаизм и ислам. И каждый имеет свою комнату, своего представителя, не одного даже, которые будут в течение Олимпийских и Параолимпийских игр сопровождать спортсменов. <…>

— Во времена апостола Павла приветствовались занятия спортом, поэтому апостол и приводил их в пример как образец усердия, долготерпения, самопожертвования, но ведь изначально игры были посвящены самому «влиятельному» из пантеона олимпийских богов — Зевсу. Это же были языческие игры…

— Современные Олимпийские игры к этому культу никакого отношения не имеют. Просто осталась какая-то атрибутика с античных времен — зажигание огня, например. Но никакого поклонения религиозного тут уже нет. И, конечно, никакой веры в богов — Зевса или каких-то других покровителей тех или иных видов спорта — уже нет. Игры сейчас воспринимаются как действо, которое пришло к нам из глубины веков и на период действия которого по условиям тех лет заканчивались все войны. Вы знаете, что это было одним из условий Олимпийских игр в древности? Вот если бы сейчас так было, чтобы, когда люди собираются на эти игры, по всему земному шару воцарялся мир! Хотя бы на это время. Было бы уже хорошо. Несколько дней без войны. Радость!

— Но сейчас это условие не соблюдается, к сожалению.

— К сожалению. Но мы будем стараться. Вот поэтому мы и прилагаем все силы к тому, чтобы во время Олимпийских игр был сохранен мир, спокойствие, порядок, благополучие, радость и сопутствовали успехи.

— А в чем еще заключается Ваше служение, послушание как духовника Олимпийской сборной?

— Во-первых, это налаживание духовной жизни в Олимпийской деревне. Мы извещаем спортсменов через объявления, в личных встречах, о том, что они имеют возможность, кто желает, помолиться на богослужении, которое совершается в определенное время для них в олимпийских часовнях. Они могут прийти туда, могут побеседовать со священником, заказать молебен, участвовать в других богослужениях. <…>

— Отец Николай, Вы рассказали о том, что касается служения во время соревнований, во время проведения Олимпийских игр. Интервал между Олимпиадами — четыре года. Каким образом строится ваша работа со спортсменами в это время?

— К сожалению, у нас есть только отдельные связи, только с малым количеством спортсменов, потому что все они в основном разъезжаются по своим регионам. Очень мало остается людей в Москве. Они тренируются на базах и в разных уголках мира — кто в Южной Америке, кто в Австралии, кто в Европе, кто-то у нас в Сибири. Поэтому мы можем встретить их как нашу команду Олимпийскую только тогда, когда они все съезжаются перед началом соревнований.

— Может быть, с кем-то из спортсменов у Вас успели за это время сложиться прочные отношения? Стал кто-нибудь прихожанином Вашего храма?

— Некоторые крестились. Некоторые крестили своих родственников. Разные были люди. Я не могу называть фамилии. Может быть, они не хотят, чтобы о них говорили, — их надо спрашивать. Я могу назвать тех, кто в России сейчас не живет. Например, известные мои духовные чада — это Катя Гордеева и Сережа Гриньков, олимпийские чемпионы, с которыми я познакомился, когда был уже священником. Они ко мне приходили, и мы с ними много проводили времени, потом я даже хоронил Сережу, который трагически погиб. А Катя — моя прихожанка, хотя она сейчас живет в Америке.

Есть и другие спортсмены, тоже приходят. Но мало: почти все, как я сказал, живут в своих регионах — у них там есть свои духовники.

— А можно, не называя фамилий, рассказать интересные истории, которые происходили за время Вашего такого необычного послушания?

— Пожалуйста, можно, есть такие истории. Вот, к примеру, Олимпиада в Турине. Тогда нужно было срочно перед началом соревнований освятить базу Сестриер в горах на границе Швейцарии и Франции, где проходили соревнования. Это от Турина километров 150, наверное, в горы. Нас попросили туда приехать и освятить весь лыжный инвентарь: палки, лыжи, форму — абсолютно все, что есть у нашей лыжной команды. Мы туда отправились, и, представьте себе, забыли взять с собой аккредитацию — то есть нет у нас пропуска. А без пропуска кто же нас пустит туда? Конечно, приезжаем, а полицейские: «Нет-нет!» Мы поняли, что не пропустят они нас, а развернуться и уехать ну никак не можем: мы ведь едем не для себя, а ради нашей сборной. Тогда мы в сторонку чуть отъехали, думаем, что делать. А у меня с собой была иконочка, и я говорю: «Давайте полицейскому иконочку дадим». Вынул иконку, опять подъезжаем к пункту, и вдруг в этот самый момент полиция отворачивается и смотрит совершенно в другую сторону. И мне водитель говорит: «Слушайте, а ведь нас никто не останавливает. И посмотрите, куда он глядит: там ведь вообще ничего нет». А я все это время держу икону в руках, чтобы дать полицейскому: вдруг пропустит. И мы ка-ак рванули! — через пять минут были на базе. Освятили мы всю амуницию, и получили наши спортсмены «бронзу». Конечно, были очень благодарны. Так что разные бывали ситуации.

— Расскажите, пожалуйста, еще, ведь эти примеры очень укрепляют людей.

— Как-то во время Олимпиады в Ванкувере нас попросили сделать общее собрание для всех команд, которые принимали участие в соревнованиях. Было там такое местечко Уинстер, в горах, куда они приезжали. Отправились мы туда. А сборная-то наша большая! Где встречу проводить? В итоге пришли все целыми командами в зал, где массаж делали. Расселись спортсмены на массажные коврики, а я на столике для массажа разложил Евангелие, поставил святую воду, и тут почти все стали просить, чтобы я освятил им крестики, иконочки. И вот подходят, кладут иконки на стол, и каждый свою историю рассказывает: «этой иконочкой благословила меня бабушка», «это мне дал отец, он тоже спортсмен был»… То есть вот она, духовная жизнь — она продолжается и во время занятий спортом, человек не сам по себе, а с Богом проходит через эти испытания.

И особенно хотел бы подчеркнуть, что мы помогаем тем, кто по разным причинам неудачно выступил. У человека ведь начинается трагедия: ломается человек, бывает, что просто до истерик доходит. Где найти утешение? В таком состоянии приходят в храм, и мы находим слова утешения, мира. Объясняем, что уже само участие в таких играх свидетельствует о том, что ты достиг своим упорным трудом очень высокого уровня.

Мы помогаем тем, кто по разным причинам неудачно выступил. У человека ведь начинается трагедия: ломается человек, бывает, что просто до истерик доходит.

— Батюшка, а разве это может утешить? Ведь каждый из этих людей рвется к победе. Ведь именно ради этого он всю свою жизнь подчиняет такому жесткому распорядку. Это ежедневный бой, это постоянное преодоление себя. И вот в итоге…

— Спорт есть спорт. И каждый побеждает в ту меру, в какую он может победить. И если ты даже неудачно выступил, а мог лучше, значит, это был какой-то урок — наказание или вразумление. И никогда не нужно отчаиваться и расстраиваться. Только было бы здоровье. Поэтому говорю: «Всегда радуйтесь, непрестанно молитесь, за все благодарите!». Это слова апостола Павла.

— Отец Николай, как Вы считаете: такой ежедневный, каторжный, можно сказать, труд и то, что человек всю жизнь свою кладет на алтарь спорта…

— Да, вся жизнь ради одного прыжка…

— …так вот, имеет ли все это смысл?

— Знаете, смысл есть в том, чтобы показать, напомнить, что человек наделен громадным потенциалом энергии! И физической, и духовной энергии. Которую мы по своей греховности и по своему неразумию за эти тысячелетия растеряли. И вот, все-таки показываем, что в каждом из нас существует эта искра, которая может открыть ту высоту, на какую человек подниматься способен. Он может летать как птица на лыжах, он может преодолевать расстояния, которые другим не под силу, он может поднимать вес, который другим просто невероятно поднять, а он эти полтонны поднимает спокойно. Понимаете, спортсмены показывают, что неисчерпаемы возможности человека, что человек — образ и подобие Божие. И я считаю, что человек до греха мог все это в реальности. А сегодня это только отдельные малые точечки, как звездочки. Но все это нужно. И если человек правильно настроит себя, то это не мешает его духовной жизни и не отворачивает от Бога. Главное — чтобы не было гордыни.

— Да, Вы затронули очень важный момент. Тренер чаще всего как настраивает? «Покажи им, что ты лучший!» Но ведь этот лозунг призван разжигать тщеславие в человеке. А еще есть такое выражение красноречивое: «спортивная злость». Получается, мы все время апеллируем к греховным чувствам.

— Безусловно.

— Как с этим быть?

— Как? Каяться. Для того и существует священник — духовник или духовный руководитель, чтобы правильно настроить человека — так, чтобы он и при победах, и при поражениях видел, что это есть воля Божия, благая и совершенная.

— А соперничество? Как с этим обходиться человеку?

— Никак. Оно везде у нас есть. И везде есть возможность порадоваться за другого, если ты правильно настроен. Если ты в команде — то команда побеждает; если не ты — то рядом победил твой товарищ по команде. И у тебя есть возможность еще лучше выступить. Я считаю, что здоровый дух соперничества — не злой, здоровый дух — он помогает. Только при условии, чтобы не было злости, чтобы не было отторжения от другого человека и презрения, и тогда соперничество — нормально. <…>

— Чем спортсмены отличаются от обычных прихожан?

— В церковной жизни? Да ничем! Может, только большим усердием и настойчивостью.

— То есть они сильнее духом, чем большинство обычных людей?

— Да, в основном.

— А участники Параолимпийских игр?

— Параолимпийские игры — невероятное мероприятие, которое призвано показать все величие человеческого духа. Когда люди, которые и в обычной-то жизни сталкиваются с трудностями, о коих мы даже понятия не имеем, демонстрируют нам, здоровым, на что способен человек… Это люди колоссального физического и творческого потенциала!

— Отец Николай, большое спасибо, что смогли уделить нам внимание и нашли для беседы время буквально перед отъездом в Сочи. Что бы Вы хотели пожелать нашим спортсменам сейчас, в преддверии Олимпийских игр?

— Спокойствия, терпения, помощи Божией.

Беседовала Марина Лев

Публикуется в сокращении. Полный текст интервью см. на сайте Православие.ru

Патриархия.ru