Установки на создание семьи и рождение детей у молодежи. Результаты полевого исследования

Рязанова Т.Б., к.псх.н., доцент кафедры миссиологии Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, г. Москва

Аннотация: Проведено комплексное социально-психологическое исследование особенностей ценностно-нравственного развития современных старшеклассников. Выявление демографических установок подрастающего поколения было одной из важных частей этого проекта. Опрошено 600 старшеклассников 14-17 лет, обучающихся в государственных школах (441) и православных гимназиях (159), расположенных в городах и селах Верхнего Поволжья – Ярославской и Тверской областей. Обсуждение результатов опиралось на концепцию полиментальности Российского общества В.Е. Семёнова, в которой выделено три базовых менталитета: православный, коллективистско-социалистический, индивидуалистско-капиталистический. Сравнение ответов представителей двух выборок показывает, что у респондентов, обучающихся в православных гимназиях (как представителей православного менталитета), сформированы более благоприятные характеристики семейного сознания, что проявляется в более здоровых установках на создание семьи и рождение детей, а также более позитивные характеристики религиозной идентичности (в частности, с точки зрения наличия т.н. «оккультных элементов» религиозности). Православный менталитет, являющийся базовым, стержневым из трех изученных, таким образом, можно рассматривать как важный фактор психологического и духовного здоровья, а также создания перспектив преодоления депопуляции.

Ключевые слова: психологическое и духовное здоровье молодежи, старшеклассники, демографические установки, религиозная идентичность, менталитет.

Уже много лет демографами, врачами и социологами обсуждается проблема депопуляции в России, в последнее десятилетие она начала выходить на передний план в выступлениях ведущих политиков. «Обезлюживание» в нашей стране возникает в результате повышения уровня смертности и снижения рождаемости и описывается специалистами как «крест депопуляции» (его «перекрестье» пришлось на 1992 год), оно принимает уже угрожающие масштабы. Вырисовывается затяжной процесс самоубийства русского этноса, который невозможно однозначно объяснить ни бедностью, ни алкоголизацией населения, ни экономическими потрясениями самими по себе. Все это, конечно, вносит свой вклад, но при тщательном анализе не оказывается определяющим. Причины этого явления видятся специалистами, главным образом, как имеющие социально-психологическую (или социально-психиатрическую, «русская болезнь») и духовную природу. В этих сферах ищут понимание и объяснение наблюдаемого вымирания и западные демографы (например, Н. Эберстадт: неудача социалистического проекта и изменение общественного настроения относительно будущего страны с оптимистического на пессимистическое), и многие отечественные психологи, социологи и политики. Так, причину сверхсмертности в России связывают, помимо экономических причин, со сменой мировоззрения, негативным эмоционально-нравственным настроением в обществе, навязыванием культурно чуждых ценностей и форм духовности (Карсаевская Т.В, 2002).

В институте психологии РАН на протяжении последних десятилетий разрабатывались подходы к оценке макропсихологического состояния российского общества (Юревич А.В., Ушаков Д.В., Цапенко И.П., 2007; Юревич А.В., 2014). В качестве ключевых интегральных показателей были выделены психологическая устойчивость личности россиян и социально-психологическое благополучие. Для количественной оценки макропсихологической динамики состояния был предложен композитный показатель, в который, наряду с индексами смертности от заболеваний нервной системы, смертности от самоубийств, заболеваемости психическими расстройствами, социального сиротства и смертности от убийств вошел также индекс устойчивости семьи как одной из важнейших основ общества. Действительно, в семье закладывается и устойчивость личности с ее ценностно-нравственными опорами, и основы ее социально-психологической компетентности.

О кризисе российской семьи начали говорить и писать еще в советское время, прежде всего, в связи с ростом частоты разводов. В последние десятилетия актуальность этой темы возрастает. Устойчивая депопуляция связана в частности, с давно доминирующими семейными установками на малодетность и однодетность, а также современными глобальными угрозами отказа от фамилистической цивилизации (Антонов А.И., 2014; Синельников А.Б., 2015). Православным психологом Е.А. Морозовой (2023) разработана психологическая модель семейного сознания. Эту категорию она определила как «…целостный многоуровневый феномен, включающий в себя: систему представлений, ожиданий, установок, образов, идеалов семьи, воплощающихся в субъектно-деятельностной нравственно ориентированной позиции», репрезентирующих отношение субъекта к семье и семейному образу жизни (Морозова Е.А, 2023, с. 83). Проведенное этим автором диагностическое исследование молодежи студенческого возраста показало, что «сформированность показателей семейного сознания находится на умеренном и низком уровнях» (с. 84).

Группой исследователей из ПСТГУ под руководством заведующего кафедрой миссиологии Богословского факультета профессора А.Б. Ефимова изучались ценностно-нравственные представления более молодой возрастной группы – современных старшеклассников. Установки на создание семьи и рождение в ней детей были важной частью этого исследовательского проекта.

Для выявления влияния переменных духовной природы на ценностно-нравственные представления молодежи в качестве основы исследования и для анализа данных была избрана концепция полиментальности российского общества, предложенная В.Е. Семеновым в конце 1990-х годов (Семенов В.Е., 1997). В ней выделены базовые: православно-российский, коллективистско-социалистический, индивидуалистско-капиталистический (либерально-западнический) менталитеты, различающиеся историческими корнями, ценностно-нравственными опорами (Семенов В.Е., 2015). Из них православно-российский менталитет видится в концепции как стержневой, имеющий тысячелетнюю историю развития в сознании русского этноса.

Для сравнения особенностей представителей различных менталитетов был проведен опрос старшеклассников 14-17 лет (всего 600 человек), обучающихся в государственных школах (выборка «школьников», 441 подросток) и православных гимназиях (выборка «гимназистов», 159 подростков), проживающих в городах и селах Ярославской и Тверской области – древнейших традиционно российских регионах. В обеих выборках практически равное число юношей и девушек: 48% и 52% соответственно; 95% каждой выборки этнически русские.

Мы предполагали, что ответы старшеклассников, обучающихся в православных гимназиях, как представителей православно-российского менталитета по концепции В.Е. Семёнова, дадут более благоприятную картину.

В таблице 1 представлены обобщенные данные ответов наших респондентов на вопрос о желании в будущем создать семью. Данные приведены в сравнении ответов респондентов, принадлежащих к двум нашим выборкам – «школьников», т.е. обучающихся государственных школ и «гимназистов» – обучающихся православных гимназий. Две последние графы таблицы представляют результаты статистического анализа (непараметрический критерий Манна-Уитни для сравнения независимых выборок).



Таблица 1. Демографические установки респондентов на создание семьи.

Варианты ответа на вопрос: «Хотели бы Вы в будущем создать семью?»	Процент выборов ответа респондентами, обучающимися в государственных школах	Процент выборов ответа респондентами, обучающимися в православных гимназиях	Статистика Z теста Манна-Уитни	Уровень статистической значимости различий р
Да	69	73	-6,2	0,00000 (статистически значимо)
Нет	12	8
Затрудняюсь ответить	3	4
Другое	7	8
Нет ответа	8	7



Анализ ответов на вопрос о желании в будущем создать семью свидетельствует о том, что большинство респондентов (суммарно 81% по каждой выборке) смогли дать определенный для них на текущий момент ответ на поставленный вопрос. От двух третей (в государственных школах) до трех четвертей (в православных гимназиях) опрошенных настроены на создание семьи. Об отсутствии желания создавать в будущем семью сообщили 12% опрошенных «школьников» и 8% опрошенных «гимназистов». Статистический анализ данных показывает, что установки на создание семьи среди «гимназистов» значимо более благоприятные, чем у обучающихся в государственных школах. В свободных ответах у респондентов-«школьников» звучали такие аргументы против создания семьи, как:

Такого рода аргументы, характерные более для либерально-индивидуалистического, западнического менталитета и его ценностей, звучали и в ответах респондентов-«гимназистов», но в существенно меньшей мере.

По наблюдениям, сделанным при обработке первичных данных, интересно отметить, что в выборке «школьников» 9,8% респондентов не указали свой пол или по ответам в анкете становилось ясно, что пол указан неверно (грамматический пол в свободных рукописных ответах и отмеченный в анкете не совпадали), в то время как в выборке «гимназистов» пропуски этого вопроса и несоответствия не наблюдались. Среди уточнений у «школьников» присутствовали и единичные ответы типа «мой пол не бинарный». В этом могут проявляться результаты современной гендерной пропаганды.

В таблице 2 представлены усредненные данные ответов на вопрос о желаемом количестве детей в семье, которую в будущем хотели бы создать респонденты. Эти данные отражают особенности формирующегося семейного сознания подростков – их установки, ожидания, идеалы. Структура таблицы та же, что и таблицы 1.



Таблица 2. Ответы респондентов на вопрос о желаемом количестве детей в семье.

Варианты ответа на вопрос: «Сколько детей Вы хотели бы иметь в будущем?»	Процент выборов ответа респондентами, обучающимися в государственных школах	Процент выборов ответа респондентами, обучающимися в православных гимназиях	Статистика Z теста Манна-Уитни	Уровень статистической значимости различий р
ни одного	10	8	-15,6	0,00000 (статистически значимо)
одного	22	7
одного — двоих	8	8
двоих	28	26
двоих — троих	3	6
троих	6	19
много	2	8
затрудняюсь ответить	3	3
другое	3	6
нет ответа	14	9



Один из проблемных показателей в ответах на вопрос о желаемом количестве детей в семье, которую в будущем хотели бы создать респонденты, тот, что почти каждый десятый из опрошенных сообщает о своей установке на бездетность; среди респондентов-«гимназистов» эта установка менее выражена. Большинство учащихся государственных школ полагают, что в семье не должно быть более 2 детей (68%), среди обучающихся в православных школах таковых 48%, а желающих иметь трех и более детей среди них 27%, у обучающихся же в государственных школах таких ответов в 3 раза меньше – 8%.

Таким образом, семейно-детные установки респондентов-«школьников» дают отчетливую перспективу продолжения депопуляции в нашей стране (условный «коэффициент рождаемости» 1,6 – цифра в пределах оценок современных демографов: 1,3 – 1,7 (Синельников А.Б., 2015)). В то же время, установки представителей православной ментальности дают существенно более оптимистичный прогноз (условный «коэффициент рождаемости» 2,4 (немного больше, чем требуется для простого замещения поколений (2,1)). Различия, рассчитанные по усредненным цифрам, сообщенным респондентами, статистически высокозначимы.

В октябре 2024 года на психологическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова прошла представительная трехдневная IX Международная научная конференция «Психологические проблемы современной семьи», на ней обсуждались и вопросы демографии. Среди причин серьезных проблем современной семьи и тяжелой демографической ситуации назывались «навязываемые современным миром ценности телесного удовольствия, свободы, карьеры». Это соответствует и полученным нами данным. Важно и несколько удивительно, что на конференции прозвучали слова о том, что «абсолютизация гуманистической традиции [в психологии и психотерапии], приводящая к инфантилизации подрастающего поколения, является одним из факторов, оказывающих влияние на решения в области деторождения и создания семьи». Дело в том, что гуманистическая парадигма в психологии, настраивающая человека на самоактуализацию, является одной из наиболее распространенных в процессе подготовки профессиональных психологов и психотерапевтов. Также важно, что на конференции была отмечена следующая особенность современной ситуации: «научная разработанность подходов сочетается с отсутствием организационных форм их воплощения». Действительно, практико-ориентированная психология развития и возрастная психология – это пока еще недостаточно разработанные направления. Возрастно-психологическое консультирование существует, но работает преимущественно только по запросу конкретных обратившихся за помощью людей, которые уже осознали свои проблемы или находятся в процессе их осознания. В то же время, как было отмечено на конференции в МГУ, работа должна носить комплексный, причем превентивный характер, с вовлечением всех институтов развития детей и подростков – семьи, дошкольных учреждений, средней и высшей школы.

​Возвращаясь к результатам нашего полевого исследования, хочется сказать о некоторых проблемах, связанных с духовным здоровьем молодежи. Среди вопросов о религиозной идентичности в анкете присутствовал вопрос о вере респондентов экстрасенсам, астрологам, ясновидящим. По полученным данным, им верят 20% «школьников» и 12% «гимназистов». Определенно «не верят» 53% «школьников» и 72% «гимназистов» (различия статистически значимы). При этом 26% «школьников» (и 14% «гимназистов») затруднились ответить. Этот вопрос анкеты, на наш взгляд, затрагивает то, что мы назвали «оккультными элементами» религиозной идентичности.

Положительный ответ на вопрос о вере экстрасенсам, астрологам и ясновидящим можно, по нашему мнению, рассматривать как показатель духовного нездоровья. Как отмечает иерей Валерий Духанин, «…вызывает печаль общая мировоззренческая «каша»: в головах наших современников истины христианства перемешаны с откровенно оккультными взглядами» (2017, с.5). Информативные результаты были получены при подсчете корреляций между этими «оккультными» элементами религиозной идентичности наших респондентов и показателями развития их ценностно-нравственных представлений, в том числе семейно-детных установок. А именно, были выявлены значимые отрицательные корреляционные взаимосвязи между «оккультными» элементами религиозной идентичности и желанием в будущем иметь детей, а также ценностью семьи. Идентификация себя как верующего в Бога, напротив, значимо положительно коррелирует с ценностью семьи, с желанием в будущем иметь семью и детей.

Кроме того, интересно, что наличие «оккультных» элементов религиозной идентичности значимо отрицательно взаимосвязано с возрастом, т.е. по мере перехода от подросткового к юношескому возрасту доля этих элементов имеет тенденцию к убыванию. А вот идентификация себя как верующего в Бога не коррелирует с возрастом (коэффициент равен нулю), т.е. эта часть личностной идентичности на данном этапе развития (14-17 лет) в какой-то мере уже установилась, не подвергается существенным изменениям. Также нулевая корреляция с возрастом у ответов о желании создать семью и иметь детей в будущем. Это означает, что просемейные установки важно начинать воспитывать в возрасте более раннем, чем подростково-юношеский (что, впрочем, давно известно).

​Интересно также попутно отметить, что вера экстрасенсам, ясновидящим, астрологам положительно скоррелировала с тенденцией к либерально-индивидуалистическому менталитету, а также с ценностью денег (при идентификации «верую в Бога» те же корреляции противоположные – значимо отрицательные). Это хорошо согласуется с мыслью, выраженной иереем Валерием Духаниным о том, что «духовный мир в оккультизме рассматривается как инструмент к личному корыстному благополучию – эгоизм есть одна из движущих сил оккультиста» (2017, с. 8-9).

Полученные результаты полевого исследования, безусловно, свидетельствуют о важности православной ментальности в оптимизации развития семейного сознания и общего психологического и духовного здоровья молодежи. Они могут быть полезными для принятия многих практико-ориентированных решений. Если же говорить о поиске путей разрешения нынешнего социально-демографического кризиса, то, на наш взгляд, важно учесть мнение А. Тойнби о том, что ответы на глобальные вызовы различные страны и цивилизации должны вырабатывать на основе своей истории и культуры, а основы российской культуры, безусловно, сформированы Православием.

Использованная литература:

1.​Антонов А. И. Институциональный кризис семьи и семейно-демографических структур в контексте социальных изменений и социального неравенства// Demographia.net: Российский институт демографических исследований.

URL: http://demographia.net/journal/2014-04/antonov

2.​Духанин Валерий, священник. Оккультизм, суеверия, порча: искушение и преодоление. М., Изд-во Московской Патриархии РПЦ, 2017 – 352 с.

3.​Карсаевская Т.В. Депопуляция в России как социокультурное явление // Социальный кризис и социальная катастрофа./ Сборник материалов конференции. Санкт-Петербург. Санкт-Петебрургское философское общество, 2002. – с.120 – 124.

4.​Морозова Е.А. Возможности формирования традиционного семейного сознания у студентов вузов // Вестник ПСТГУ. Серия IV: Педагогика. Психология. 2023. Вып. 69. С. 81-95. DOI: 10.15382/sturIV202369.81-95

5.​Семенов В.Е. Типология российских менталитетов и имманентная идеология России // Вестник Санкт-Петерб. Университета. Сер.6. 1997. Вып.4. с.59 – 67.

6.​Семенов В.Е. Социальные ценности, идентичность и полиментальность в современной России // Национально-культурная идентичность в современной России: истоки, особенности, перспективы: сб.ст. – СПб.: Алетейя, 2015. 592с. — с 117 – 136.

7.​Синельников А.Б. Кризис брачно-семейных и межпоколенных отношений и приоритетные направления демографической политики в России. Автореферат дисс.д.социол.н. М., 2015 – 50 с.

8.​Юревич А.В. Психология социальных явлений. М.: Ин-т психологии РАН, 2014.

9.​Юревич А.В., Ушаков Д.В., Цапенко И.П. Количественная оценка макропсихологического состояния современного российского общества // Психол. журн. 2007. Т. 28. №4. С. 23–34.